Мир созрел для биржевого краха. Четыре причины ждать обвала фондового рынка

Мир созрел для биржевого краха. Четыре причины ждать обвала фондового рынка

31.10.2018
Биржевые "медведи" ждут своего часа Правообладатель иллюстрацииGetty Images
Image caption Биржевые «медведи» ждут своего часа

Мировая экономика восстановилась после финансового кризиса десятилетней давности, но 2018 год поубавил оптимизма у банкиров и экономистов: они все больше нервничают и все меньше верят в устойчивость этого восстановления. Первой понятной и яркой иллюстрацией их беспокойства может стать обвал рынка акций — самого чувствительного барометра мировой экономики.

Вопрос только один — как скоро он случится.

Текущий бум на фондовом рынке — самый продолжительный в истории, он длится уже девять лет.

Первую серьезную попытку положить ему конец инвесторы предприняли в феврале, вторую — сейчас. С начала месяца ключевой американский индекс S&P 500 потерял почти 10%, и октябрь в целом рискует станет худшим месяцем с 2009 года, когда в мире бушевал финансовый кризис.

Сейчас же вроде всё в порядке, мировая экономика растет, финансовая система устойчива. Однако инвесторы заметно нервничают: на горизонте сгущаются тучи, и проблемы не за горами, уверены они. Русская служба Би-би-си разобралась в причинах их страхов и выделила четыре основных.

1. Деньги дорожают

Мир оправился от последней депрессии десятилетней давности, занятость и экономика растут, а с ними — доходы людей и цены. Чтобы это не обернулось высокой инфляцией и не стало угрозой финансовой стабильности, центробанки ведущих стран повышают ставки.

В результате дорожают кредиты, компании больше тратят на обслуживание долга, рентабельность снижается, а с ней — и прибыль. В итоге компании возвращают меньше денег акционерам через выкуп акций и дивиденды. Перспективы роста их бизнеса тускнеют, желающих купить долю в нем в виде акций становится заметно меньше, а продать — все больше.

К тому же, когда заемные деньги дешевы, инвесторы охотнее рискуют ими на рынке акций, где можно прилично заработать: при близких к нулевым кредитных ставках за девять посткризисных лет ключевой американский фондовый индекс S&P 500 прибавил 325%.

Однако период дешевых денег подошел к концу, и у инвесторов возникают сомнения в том, что темпы роста бизнеса компаний — от лидеров новой экономики вроде Apple и Amazon до традиционных гигантов вроде Visa и Coca-Cola, — будут прежними, а не замедлятся.

А поскольку ставки растут, у инвесторов вновь появляется достойная доходная альтернатива рискованным вложениям в акции — гособлигации США, приносящие уже больше 3% годовых при нулевом риске.

2. Мир не готов к новому кризису

Банкиры и экономисты не верят, что восстановление стабильно, и опасаются, что новый кризис не за горами.

«Отчасти мне это немного напоминает 2006 год. Кажется, что все прекрасно, — сказал Би-би-си глава британского банка Barclays Джес Стейли. — Даже с учетом проблем, вроде «брексита» или политической ситуации в США, экономика растет, безработица на рекордно низком уровне».

«Но я уверен, что пора начинать волноваться», — сказал Стейли, наблюдавший за прошлым кризисом из первого ряда партера: в дни краха американского инвестбанка Lehman Brothers он работал топ-менеджером его основного конкурента — J.P. Morgan.

Мировая экономика циклична — периоды роста сменяются кризисами и депрессиями. Экономисты пока не могут однозначно ответить на вопрос, что делать политикам, чтобы нации богатели непрерывно.

После каждого кризиса мир делает выводы, что пошло не так, и пытается устранить проблему. Но каждый раз все повторяется с новой силой.

Частично потому, что структурные изменения оказываются половинчатыми ввиду социальной и политической инерции — верхи не могут, а низы не хотят. Частично оттого, что прогресс привносит новые неизвестные.

Не всем по душе жесткая экономия ради сокращения госдолга Правообладатель иллюстрацииGetty Images
Image caption Не всем по душе жесткая экономия ради сокращения госдолга

Так случилось и на этот раз. В ответ на масштабный кризис 2008-2009 годов, вызванный творческим подходом банков к кредитным рискам, власти крупнейших экономик ответили не менее творчески. Они накачали экономику дешевыми деньгами и спасли банковскую систему за счет налогоплательщиков, одновременно усилив требования к капиталу и надзор.

Это обернулось гигантским скачком госдолга и беспрецедентным сокращением ставок кредитов до нулевых и даже отрицательных.

После такой стимуляции мировая экономика пришла в себя и постепенно вернулась к росту. Теперь пришло время стимулы сворачивать, однако структурные перекосы в очередной раз оказались устранены лишь частично, а к ним добавились новые проблемы: от доминирования интернет-гигантов до торговых войн и расцвета популизма.

К тому же, рекордные долги и предельно низкие ставки лишили власти инструментов борьбы с новым кризисом, случись он сегодня. А причины ожидать его есть.

3. Рост мировой экономики под угрозой

За последние несколько месяцев мир преподнес столько неприятных сюрпризов, что Международный валютный фонд впервые за два года ухудшил прогнозы — еще в апреле он ожидал роста мировой экономики на 3,9% в текущем и следующем годах, а в октябре решил, что больше 3,7% в год не получится.

С учетом того, что в прошлом году размер мировой экономики превысил 80 трлн долларов, пересмотр на 0,2% означает, что мир недосчитается примерно 160 млрд долларов в год — это больше годового ВВП Украины или Казахстана.

Поход Трампа на Китай - одна из главных угроз мировой экономике Правообладатель иллюстрацииGetty Images
Image caption Поход Трампа на Китай — одна из главных угроз мировой экономике

Основные угрозы — политические. Поскольку одной из причин кризиса были гигантские государственные долги, особенно в еврозоне, все последующее десятилетие для устранения этого перекоса правительства резали расходы, что приводило к росту безработицы, стагнации доходов населения и расширению пропасти между богатыми и бедными.

Недовольство вылилось в подъем политического и экономического национализма, яркими проявлениями которого стали решение Великобритании выйти из ЕС и избрание Дональда Трампа президентом США.

Трамп затеял торговые войны на всех фронтах, избрав основной мишенью Китай, и принялся за слом всей системы международной кооперации — от Всемирной торговой организации и НАТО до соглашения о борьбе с изменением климата и ядерной сделки с Ираном.

Тем временем в Старом Свете к «брекситу» добавились проблемы еврозоны: от победы популистов в Италии до подъема правых и заката эры Ангелы Меркель в Германии.

Изоляционизм не только подрывает мировой экономический рост, но и сокращает вероятность скоординированного ответа на следующий кризис, как это было в прошлый раз, когда ведущие экономики договорились о совместных действиях.

«Торговля отражает то, что происходит в политике, а с ней ситуация неустойчива в целом ряде стран, что порождает новые угрозы», — написал в октябре старший экономист МВФ Морис Обстфельд.

«К тому же, во многих ключевых экономиках рост обеспечен действиями властей, поддержание которых в долгосрочной перспективе представляется невозможным, — пишет он и призывает политиков одуматься и провести структурные реформы, пока есть деньги. — Несмотря на сужение политического пространства в некоторых странах, затрудняющее принятие взвешенных решений, сейчас как никогда подходящее время для позитивных действий».

4. Сезон отчетности

Ставки, перекосы и экономика — важный фон для бизнеса, но нет лучшего повода продать или купить долю в нем, чем результаты и прогнозы самих компаний. Те, кто привлекал капитал на рынке, продавая акции, обязаны отчитываться перед акционерами раз в квартал — и сейчас как раз то время.

Смогут ли фавориты рынка вроде Apple убедить инвесторов в устойчивости роста? Правообладатель иллюстрацииGetty Images
Image caption Смогут ли фавориты рынка вроде Apple убедить инвесторов в устойчивости роста?

Поскольку нервы рынка на пределе, любой промах или пессимистичный прогноз крупной компании может вызывать распродажу. А поводов для этого достаточно.

Во-первых, растущие ставки, о которых говорилось выше, постепенно начинают сказываться на прибыльности.

Во-вторых, торговые войны угрожают ростом издержек из-за пошлин и слома трансграничных технологических цепей, прежде всего китайско-американских.

В-третьих, эффект от налоговой реформы Трампа постепенно сходит на нет, и в результате отчетность компаний уже не показывает того роста доходов, который был в первые месяцы благодаря льготам.

В-четвертых, лидерами роста на рынке акций в последние годы были технологические гиганты вроде Facebook, Apple, Google и Amazon. Вера в их способность прежними темпами наращивать выручку и прибыль постепенно тает, и инвесторы ждут подходящего момента зафиксировать прибыль и отойти в сторону, чтобы переждать грядущий период неопределенности в тихой гавани наличности, золота и американских гособлигаций.

И в-пятых, уверенный рост американской экономики и ставок в условиях вялого восстановления в мире и нестабильности развивающихся рынков приводит к тому, что спрос на американские активы растет — а с ним и курс доллара. В результате зарубежные доходы американских компаний падают при переводе в доллары, а их продукция дорожает в других валютах и теряет конкурентоспособность.

Нынешняя попытка биржевых «медведей» развернуть «бычий» рынок — далеко не первая, но на этот раз они почувствовали запах крови. В понедельник S&P 500 ненадолго опустился до значения, которое на 20% ниже пика этого девятилетнего ралли. Если бы он остался на нем, а не отыграл часть потерь к закрытию биржевой сессии, то с технической точки зрения это считалось бы сменой тренда и концом эпохи «быков».

Те, кто управляет деньгами инвесторов на рынке, надеются, что и на этот раз пронесет.

«Если подняться над схваткой и посмотреть на картину в целом, то мы увидим, что да, экономический рост немного замедлился по сравнению с пиковыми значениями, но он по-прежнему уверенный, процентные ставки растут, но пока не достигли уровня, сдерживающего подъем экономики, инфляция ускоряется, но остается под контролем», — говорит Моник Вонг из инвесткомпании Coutts.

«Так что я думаю, что это коррекция в рамках «бычьего» рынка. В подобных коррекциях нет ничего необычного, и к тому же они полезны».